Бизнес все чаще сталкивается не с одной проверкой, а с цепочкой контроля. Материалы налоговых проверок могут уходить в полицию или Следственный комитет, выводы ФАС становиться поводом для интереса ФНС, а результаты казначейских проверок приводить к искам по уже исполненным контрактам. В таких ситуациях компания защищается не от одного ведомства, а от системы связанных претензий. Разбираем, как работает «каскадный» контроль, почему интерес одного госоргана может повлечь новые вопросы со стороны других ведомств и что бизнесу важно готовить заранее. Своим опытом и практическими наблюдениями делится Ярослав Кулик.
Наиболее активны сейчас проверки бизнеса, так или иначе связанного с поставками товаров, работ и услуг для государственных нужд. Контролерами выступают не только антимонопольные органы, осуществляющие борьбу с картелями и иными антиконкурентными соглашениями, но и прокуратура, Федеральное казначейство, Счетная палата РФ. Это без учета внеплановых проверок, которые ФАС и ее территориальные органы проводят при рассмотрении жалоб в рамках полномочий по закону о контрактной системе.
При этом важно отметить, что формальных проверок, оформленных соответствующим приказом руководителя антимонопольного органа, не так много. Однако в 2025 году выросла доля проверок в отношении малого и среднего бизнеса. Большая часть деятельности ФАС по проверке соблюдения требований антимонопольного законодательства оформлена в виде камеральной работы с запросами к хозяйствующим субъектам и анализом предоставленной ими информации. Также много примеров обращений от других ведомств, содержащих признаки нарушений, в частности от органов прокуратуры.
При этом прокуратура, полномочия которой в рамках общего надзора, по сути, не ограничены одной предметной областью, по нашим наблюдениям, сейчас сфокусирована на проверках бизнеса, участвующего в выполнении государственного оборонного заказа. Его регулирование наиболее детальное, в том числе в вопросах ценообразования и контрактации. Результаты таких проверок часто приводят к уголовным делам. В сфере преследования участников картелей органы прокуратуры сейчас активно применяют исковые средства защиты публичных интересов и обращаются в суды с исками о взыскании с ответчиков по картельным делам дохода, полученного по контрактам. Верховный Суд РФ в деле «Дон Мьюзик» недавно поддержал новую правовую позицию прокуратуры.
Если материалы картельного дела переданы в правоохранительные органы, последние в соответствии с УПК РФ сначала проводят доследственную проверку и могут возбудить уголовное дело по ст. 178 УК РФ.
Однако уголовные картели – это несопоставимо меньший массив дел по сравнению с иными хозяйственными преступлениями. Подавляющее большинство из них связано со ст. 159 УК РФ – мошенничеством, которому нередко сопутствуют должностные и иные более тяжкие деяния.
Не меньшие риски представляют проверки Федерального казначейства и Счетной палаты РФ. Объектами государственного и муниципального финансового контроля являются прежде всего получатели бюджетных средств, государственного или муниципального имущества.
Так, при проведении казначейской проверки государственного заказчика как получателя бюджетных средств на предмет оценки эффективности их использования, в том числе на закупку товаров, работ и услуг для государственных нужд, проводится встречная проверка поставщика или исполнителя по государственному контракту либо заданию. Результаты встречной проверки приобщаются только к материалам основной проверки, а поставщик или исполнитель становится «заложником» ситуации. В случае выявления бюджетного нарушения выносится представление, направленное на защиту публичных интересов государства. Такое представление может потребовать от заказчика, например, обратиться с требованием к поставщику о взыскании неустойки, несмотря на то что ранее заказчик таким правом не воспользовался и, возможно, даже пропустил срок исковой давности. В итоге заказчик обращается в суд к поставщику, который должен доказывать отсутствие оснований для взыскания неустойки по давно исполненному контракту.
Еще один тип ресурсоемких проверок – проверки обоснованности тарифов. В марте 2026 года ФАС получила расширенные полномочия и теперь вправе самостоятельно пересматривать тарифы при выявлении нарушений. Если органу тарифного регулирования выдано предписание об исключении экономически необоснованных расходов из тарифа, это напрямую затронет экономику регулируемого субъекта. Так, в 2023–2025 годах итоговая сумма экономически необоснованных средств, определенных к исключению из тарифов, составила 102,62 млрд рублей.
Все органы обмениваются информацией между собой, в том числе в рамках единой системы межведомственного электронного взаимодействия. Результаты казначейской проверки могут быть направлены в ФАС для их оценки с точки зрения антимонопольного законодательства, чаще всего на предмет соблюдения запрета на заключение антиконкурентных соглашений. В рамках межведомственного взаимодействия ФАС получает информацию от правоохранительных органов МВД России, Следственного комитета РФ, ФСБ России и наоборот.
Совместные проверки с участием ФАС – скорее редкость, обусловленная масштабом и сложностью дела, в котором могут нарушаться не только нормы административного законодательства, но и уголовного права.
